124
м у з ы к а
Мария-Тереза де Сублиньи - фран-
цузская балерина, часто выступав-
шая в лондонских театрах. Гравюра
неизвестного мастера. Конец XVII в.
Костюм балерины соответствует
типу театрального коатома прима-
донны
особенно удобно демонстрировать ог-
ромные белоснежные парики, привле-
кать возмущенное внимание публики
и мешать актерам.
Сцену от партера отделяла тесная и
глубокая оркестровая яма, в которой к
„Третьей музыке“ собирался оркестр:
основу его составляла струнная груп-
па, к ней добавлялись гобои, фаготы,
теорба („басовая“ лютня) и, по жела-
нию композитора, флейты, трубы, ба-
рабаны, флажолеты (высокие флейты-
„двустволки"), лютни или другие соль-
ные инструменты. Всем оркестром и
певцами управлял клавесинист, поме-
щавшийся со своим инструментом в
центре ямы.
Нашим господам повезло —
за кла-
весином они увидели самого маэстро
Бонончини, автора оперы, которую
давали в тот вечер. На премьеру, в ко-
торой участие композитора было не-
пременным, они по финансовым при-
чинам не попали. А вот рядовой спек-
такль оказался нм вполне по карману.
Впрочем, выбор в театре был невелик
в один сезон труппа обычно предла-
гала две-три премье-
ры и повторяла два-
три старых спектак-
ля, нередко включая в
них новые арии, об-
новляя оформление.
Новые
постановки
выдерживали
пять-
десять представлений
подряд, а затем чере-
довались с другими.
Таким образом, до-
статочно было лишь
несколько раз за зиму
посетить театр, чтобы
считаться
оперным
знатоком, видевшим
все спектакли сезона.
Но наблюдать самого
Бонончини за рабо-
той —
большая ред-
кость, о которой мож-
но с гордостью рас-
сказывать знакомым.
И удачей этой наши
герои были обязаны
леди X и леди У, по-
желавшим в день по-
сещения театра ви-
деть за клавесином
знаменитого итальян-
ца.
„По
пожеланию
благородных
дам“—
указывалось в программке в
подобных случаях.
Но вот звучит финальный каданс
торжественной увер-
тюры во француз-
ском стиле, и зеле-
ный занавес раздви-
гается, являя глазам
восхищенной
(как
семья эсквайра) или'
равнодушной
(как
искушенные
посе-
тители лож. абони-
рующие их на весь
сезон) публики не-
кий фантастический
дворец с бесконечно
уходящей вглубь сце-
ны колоннадой.
Яркие,
необыч-
ные, запоминающи-
еся декорации (как
правило, почти не
связанные с обста-
новкой, в которой
разворачивался
оперный сюжет) бы-
ли важной частью любого спектакля.
Действие происходило в замках, на
фоне необыкновенных пейзажей, да-
же на облаках. На сцене гремел гром,
вспыхивали молнии, бушевало море.
Пожары, наводнения, землетрясения
и извержения вулканов
все было
под силу театральным бутафорам.
Онерные герои вырастали из-под
земли, слетали с небес, таинственно
появлялись в клубах дыма, превра-
щались в чудовищ, падали со скал,
возрождались в новом облике. Им со-
путствовали герои бессловесные —
животные реальные и фантастиче-
ские. На сцену выпускали голубей и
воробьев,
ослов,
лошадей,
львов
(правда, в опере „Camilla“ певцу, к
счастью, приходилось бороться не с
настоящим львом, а с актером, оде-
тым в львиную шкуру), Минотавра
или огнедышащих драконов. Послед-
ние вызывали особое сочувственно-
ироническое
внимание
критиков:
;,Грома и молнии сегодня было не-
много, однако этот „пробел“ был с ли-
хвой восполнен двумя огнедышащи-
ми драконами, которыми управлял
юноша, чья работа вызывала во мне
чувство восхищения: он так мастер-
ски и так вовремя заставлял драко-
нов изрыгать пламя.
.. Для полного
совершенства ему следует все же дер-
жать голову чуть ниже, чтобы ее не
видели зрители, а также не выстав-
лять напоказ свечу, сквозь пламя ко-
торой он продувает смолу“,—
писал
Джон Стил. Декорации сменялись
чуть ли не каждую сцену. Эсквайр,
верный традициям, удивлялся тому,
что в опере между некоторыми сцена-
ми опускали занавес, тогда как в дра-
матических
спек-
таклях все смены
проходили на гла-
зах
зрителей.
Но
его это не разочаро-
вывало —
воистину,
стоило
поехать
в
оперу ради одних
только роскошных
декораций (как, соб-
ственно, и поступа-
ла немалая часть
публики).
Впрочем,
музы-
ка производила на
наших
героев
не
меньшее
впечат-
ление. Чего стоил
один только выход
главного героя —
primo uomo —
зна-
менитого во всей
Европе
кастрата
Николини.
Этот
толстый мужчина на непременных
высоких каблуках и с огромным плю-
мажем, обладая чудесным голосом
мальчика, поражал виртуознейшей
техникой пения и актерским искус-
ством зрелого мастера. При его появ-
лении замолкали самые неугомонные
QUEEN ’S
THEATRE
In
ihc
H A Y - M A R K E T .
Te morrow
baojj ToeUjj, the Stub Day rf November,
1
*
05
,
*J be j-ntmoi, A
New
Comedy
call'd,
T* CONFEDERACY.
Wnli fcvcral RnicrtainnuT.tN of DANCING by the
Гапюи^МопПсиг DlvS BA RQ U ESa,ul °^1C
,S*
Newly Afrivtl from PARIS.
I - . IS * U 4»r>
r
1 « *
w
T"
'V-
I •«
.‘I «rw
f и»
l
„ tv
•*
V
IVAT
REG
INA
.
Афиша к спектаклю “Заговор жен"
Джона Ванбру. Театр Королевы в
Хеймаркете. 1705 г.
А у п и о М а г а з и н 4 /1 9 9 8
предыдущая страница 125 АудиоМагазин 1998 4 читать онлайн следующая страница 127 АудиоМагазин 1998 4 читать онлайн Домой Выключить/включить текст