испытательный стенд
зз
...Когда на вас нападает киллер, вы
можете узнать нечто новое, что приго-
дится вам в дальнейшей жизни. На-
пример, разглядеть марку оружия и
восхититься его остроумной конструк-
цией. Отдать должное профессиона-
лизму стрелка, наконец. А можете ус-
петь только бесплодно подумать: „Это
все". Не знаю, зачем вам эта нс ведущая
к жизненному успеху мысль при встре-
че с убийцей, но знаю, что именно это
должен ощутить я, слушатель, в мо-
мент, когда на меня падает страшный
молот прокофьевского „вердикта вла-
стей". Неотвратимость, холодный нот,
темень в глазах. Надо пережить в ре-
альности эти две строчки партитуры,
чтобы понять, на что способно
оркест-
ровое тутти.
И что же? Я слышу яр-
кий динамический контраст, отмечаю
вступление тремоло большого бараба-
на, скрежещущий аккорд меди —
все
это в „Audiovector СГ‘. Отчетливо, точ-
но. Из „Castle Inversion 15“ на меня об-
рушивается ужас. Та самая бесформен-
ная глыба, что придавливает к земле,
оглушает — и оставляет оглохшему еле
слышный храмовый отзвук струнных.
Контузия — и после немота.
.. Нет, пи-
столет разобрать тоже интересно. По-
смотреть, как работает,— особенно, ес-
ли ты тоже профессионал.
Что происходит с „Послеполуден-
ным отдыхом Фавна" Клода Дебюсси?
Нечто похожее.
Здесь,
в случае с
„Audiovector СГ4
, я вижу оркестр как
живой —
вся панорама налицо: флейта
непосредственно передо мной, чуть на-
искось арфа. вот деревяшки расселись в
ряд. Полукругом эстрада расстелена,
как на ладони. Реальное помещение —
видимо с мягкими покрытиями, судя по
умеренной реверберации.
.. А я — хочу,
чтобы похоть Фавна вспухла передо
мной неприлично. Потому как ним-
фы —
не шутка. Хочу, чтобы.
.. вот имен-
но,
хочу.
И опять —
отчасти —
получаю
свое с „Castle Inversion 15“. где арфа
рассыпается перебором по всему прост-
ранству —
и я оборачиваю голову на
звук (видимо, синхронно с Фавном). I I
опять же - шар, в котором гулко гуля-
ют глюки млеющей козлоногой полу-
дремы4. И я где-то с краю этого шара.
..
Собственно,
вот здесь,
наверное,
главное. Будь я обладателем тестируе-
мых колонок, я бы поступал, вероятно,
так: для дела, для понятности, при слу-
шании с нотами в руках - „Audiovector
Cl“; ради сильных впечатлений (мо-
жете пренебрежительно сказать „для
гормонов") —
конечно, „Castle Inver-
sion 15“.
1
Это неверно, смешивать сатиров <• фавнами. 11о так
уж повелось.
В книжке А. Ф. Лосева „Музыка как
предмет логики“ есть фрагмент, кото-
рым удобно сшибать с ног глубоко чув-
ствующих музыку оппонентов. Обычно
это нокдаун с потерей дара речи на не-
сколько секунд. „Теорема верна или не-
верна
сама по себе,
независимо от того,
известна ли она математикам или неиз-
вестна. понимает ее кто-нибудь или не
понимает и т. д. Вот к этой чисто иде-
альной сфере и относится музыкальное
бытие. Тут тоже не важно, чувствуете
ли вы эту симфонию или не чувствуете,
н как чувствуете, и чувствует ли вооб-
ще кто-нибудь“5. Авторская иллюстра-
ция: „Математика
никакою отношения
не имеет к реальному пространственно-
му треугольнику, к шероховатости его
сторон, к прямизне или кривизне ли-
ний, его составляющих и т. д„ хотя и ни-
кто из здравомыслящих не станет отри-
цать, что оба этих треугольника взаимно
отражают друг друга“6. Блестящий вы-
пад. Но в выпаде, как известно, ты ра-
скрыт для противника. Как и во всякой
предельно четкой формулировке, здесь
поставлен тот порог, оттолкнувшись от
которого можно плыть обратно. Да, в
принципе достаточно смотреть музыку
глазами в нотах. Но ежели уж придума-
ны некие звучащие тела, мембраны, жи-
лы и язычки, ежели сочинены некие де-
ревянные ящички
Вектор, Замок
(вдруг мне пришло в голову, что опи-
санные мной качества звучания как-то
символически связаны с этими назва-
ниями) — то ведь я вправе заявить и об-
ратное: шероховатости-то и зазубрин-
ки мне и нужны — в ящичках-то. Не
воспроизведение же „идеальных сущ-
ностей“, в самом деле! Надо мне, чтобы
звуки были
этакие.
Чтоб с подка-
выкой7.
Чего я жду от „Маленького концер-
та“? — есть такая чудо-игрушка в „Исто-
рии о беглом солдате и черте“ Игоря
Стравинского. Этой самой подкавыки
и жду. Чтобы голоса наскакивали друг
на друга, лягались, кусались (как. соб-
ственно. примерно и развиваются от-
ношения между героями сказки в этот
момент) — ну, может быть, тут запись
виновата, что я в обоих вариантах ус-
лышал „умеренность и аккуратность“.
Но следом — Танго. Почему у том-
томов в „Castle Inversion 15“ такой кло-
унский, неправильный, утробный пре-
красный звук, под который только черт
и должен танцевать танго. И почему у
5
А. Лосев.
Музыка как предмет логики /
А. Лосев.
Самос само. М.
. НЮ9. с. 708.
6 Там же.
7 Зазубринки от „сухой мглы“ Рембрандт остаилял
па пластинах
нарочно
и получал и офортах уни-
кальные световые HjxjwKTw; отпечаток со старой
пластины лишен собственно сути,
а ведь как будто
бы она та же?!
„Audiovector С 1“ те же томы такие пра-
вильные и грамотные? Черт его знает.
Почему женщина-чтец из „Inversion 15“
выныривает интимно близко к моему
уху, а она же из „Audiovector С Г веща-
ет с приличного расстояния? Черт пу-
тает. По мне черт и должен быть ферт с
хвостом, а нс филармонический фрак с
бабочкой —
хоть, может, он и второе.
Что касается воспроизведения ста-
рых исторических „шипучих“ записей,
все оказалось сложнее. Советуя черту
искушать, гнусавить и пакостить, ни-
как не могу отдать ему на откуп эк-
спромты Шуберта. Не тог приход.
Сергей Рахманинов играет Ля-бемоль-
мажорный экспромт, запись 1925 го-
да. На „Audiovector Cl" я слышу — ну
да, шипит пластинка и тому подоб-
ное,—
но слышу
непосредственно
музы-
ку. Конечно, я знаю, рояль был наверня-
ка большой, прекрасный, концертный,
а здесь — вот именно что
экспромт:
как
бы дома, как бы на кабинетном домаш-
нем рояле (а в таких, по моим наблюде-
ниям, звучит скорее дерево, нежели
струна) — и камерная, сиречь комнат-
ная. альбомная пьеска рассыпается би-
серинками по лаковой столешнице.
Однако для меня всего важнее, что я
слушаю
эту пьесу.
На „Castle Inversion
15“ же возникает посредник: граммо-
фон. Шип старой пластинки дает не бе-
лый шум, потоп, вполне определенный
по высоте. И начинаешь слышать: грам-
мофон, на котором крутится пластинка,
на которой записана игра Рахманинова,
который исполняет Экспромт Шубер-
та. Один „который“ лишний. I I хотя ро-
яль здесь —
струнный,
вибрирующий,
упоительно поющий середину пьесы.
..
В общем-то уже давно ясно, что я хо-
чу сказать, вряд ли стоит повторяться.
Нет акустических систем хуже или
лучше, есть разные задачи.
„Audiovector C l“ честно воспроизво-
дит звучание нотного текста. Наглядно
разводит голоса. Не предлагает „лиш-
них“, посторонних по отношению к
тексту, „обстоятельств". Мне, как про-
фессионалу, эти АС очень бы даже при-
годились. Но ум, как известно, с серд-
цем, случается, что и не в ладу. Везде,
где нужна иллюзия пространства, где
мне хочется какого-то „облака" что ли;
везде, где я хочу закрыть глаза и дове-
риться; где. наконец, есть запись хоро-
шего качества
и я хочу не знакомить-
ся с музыкой, но идти
за ней
в иную
реальность, в иные пространства,—
вез-
де я предпочел бы „Castle Inversion 15“.
Не говоря уже о звуковых чудачествах,
о „шероховатом треугольнике“. Повто-
рюсь, ибо сие глубоко символично:
за-
мок
и
вектор -
из разных реальностей.
Из разных „клубов по интересам“.
4
АуяиоМагазин 4/1999
предыдущая страница 34 АудиоМагазин 1999 4 читать онлайн следующая страница 36 АудиоМагазин 1999 4 читать онлайн Домой Выключить/включить текст