Гостиная «Фонограф»
А
л
м
а
з
о
б
а
л
м
а
з
:
царапина должна быть настоящей
Разговор с петербургским пианистом Сергеем Мальцевым
Сергей Мальцев. Профессор Петербургской консерватории, доктор искус-
ствоведения. Участвовал во многих музыкальных фестивалях, в том числе в
„Декабрьских вечерах“ и Тарусском фестивале Святослава Рихтера. Прово-
дил мастер-классы и концертировал в Кёльне, Веймаре, Сеуле и во многих го-
родах СССР и России. Телережиссер, автор учебного 10-серийного фильма
„Развитие юного пианиста“ (Леннаучфильм). Ответственный редактор му-
зыкального раздела Русского гуманитарного словаря. Председатель Санкт-
Петербургского благотворительного фонда II. И. Чайковского. Статьи о нем
включены в новое издание музыкальной энциклопедии „Groove“ и в Кембридж-
ский справочник „Who is Who“.
„А М ".
С лушая вашу игру, Сергей
Михайлович, я удивляюсь какой-то
скульптурной основательности, не-
зыблемости ваших интерпретаций.
При этом вы серьезно занимались им-
провизацией, и как практик, и как уче-
ный, это ведь тема вашей докторской
диссертации.
С.
М.
Здесь парадокс: я вообще в
исполнительстве беру курс на выжи-
гание» уничтожение импровизации
как чего-то несовершенного.
11
о унич-
тожить ее невозможно, она все равно
дает о себе знать в момент исполне-
ния.
..
„АМ ".
Это несколько противоречит
самой непредсказуемости концертной
ситуации. Где зазор между музыкаль-
ным текстом и вашими непрестанно
обновляющимися вибрациями?
С.
М.
Верность тексту.
.. Парадокс и
есть такая форма открытия, познания
действительности, когда крайности
только одна через другую и существу-
ют. Сколько бы я ни уничтожал слу-
чайность-импровизацию, она обяза-
тельно возродится, обязательно най-
дет свое место. Мало того. Чем усерд-
нее я ее уничтожаю, тем мощнее она
определяет исполнение.
„А М ".
Это все равно что компози-
тору пытаться избавиться от „хлевно-
го тепла“, по словам Шёнберга. Он то-
же заведомо знал: это ему никогда не
удастся, такая аскеза только сильнее
сжимает его внутренние пружины.
С.
М.
Конечно. Вообще, речи о со-
хранении индивидуальности мне ка-
жутся странными и тепличными. Чего
ее беречь? Если она есть, ее не истре-
бишь. Это вопрос силы человека, его
труда и отрешенности, которые суть
единственный способ нам усилиться.
Трение алмаза об алмаз дает брилли-
ант. Себя я совершенно не жалею. Я
рабочий человек, занимаюсь целыми
днями. Одна студентка подарила мне
электронный секундомер, специально
чтобы я знал чистое время своих заня-
тий. Так сказать, Се\\т85епапхс1йег,
„индикатор совести“. Пользуюсь.
„А М ".
Во т вы кладете пальцы на
клавиатуру. Что вы испытываете? Ду-
маете ли вы о себе? Или вас уже как
бы и нет?
С.
М.
Если думаю о себе, это плохо.
Но так, к сожалению, бывает. А вот
когда исполнение „набело“ удается,
возникает странное ощущение легко-
сти, будто дышу свежим воздухом.
Будто и не я это делаю. Звучащее
предстает для меня отчасти новым, не-
смотря на всю страшную репетицион-
ную работу.
„А М ".
Вы бываете удивлены?
С.
М.
Да. Я, к сожалению, очень
редко могу сказать, что сделанное
мною — хорошо, но когда хорошо — я
знаю точно. И я бываю поражен тем,
что именно я это делаю, потому что я
так вроде бы „не умею“. Но зато я точ-
но чувствую на сцене все ключевые
вещи и конкретные действия: дыха-
ние, драматургию, темповый поворот,
подход к кульминации и так далее. Я
знаю, как все это усилить.
И еще
просто счастье.
.. Конечно, о
себе совершенно забываешь. Синяя
птица многие месяцы или даже годы
занятий реяла где-то поблизости — и
вот она является наконец вживе. Я ве-
рю, она всегда есть, эта Синяя птица
идеального постижения и воплоще-
ния. Полагают, что исполнитель волен
свободно обходиться с композитор-
ским замыслом. Вопреки авторитет-
ным примерам, которыми полна исто-
рия, я считаю, что замысел гения су-
ществует в довольно узких рамках.
Трудно
попасть
в резонанс.
Надо
иметь гены „правильные“ и нервных
клеток достаточно — столько, сколько
нужно. Я чувствую клеточный состав
и своего партнера по ансамблю, п авто-
ра, которого играю.
.. Например, эти
клетки у Баха и у Моцарта различны,
прежде всего потому, что у Моцарта
изменчивость психического состояния
поразительна, за секунду может про-
изойти очень многое. У Баха — наобо-
рот: поразительно постоянство чувст-
ва. Целый хор из „Страстей по Иоан-
ну“ аккумулирует одно состояние.
„А М ".
Вам не кажется, что это не
стилевые отличия, а особенности мы-
шления человека в контексте его эпо-
хи? К примеру, по эмоциональной
плотности
Моцарта
легко
можно
сблизить с Бергом.
С.
М.
Нетленен Экклезиаст, вскры-
вающий нашу жизнь тем же ланцетом,
каким он вскрывал жизнь и Баха, и
Оффенбаха. Все типологическое раз-
нообразие талантов и гениев имеет ме-
сто в любую эпоху. Другой вопрос —
как эпоха дает им реальный выход в
искусство. Кого-то она просто убива-
ет. Есть трагический тип: художник,
который умирает рано. Сколько жиз-
ней прожили Моцарт или Шуберт!
Они писали быстрее сидящего рядом
переписчика. Такова была интенсив-
ность их чувства и мысли.
„А М ".
Вот состояние композитора,
который только записывает то, что
ему якобы диктуют сверху. (Хотя
АупиоМ агазин 4/1998
предыдущая страница 108 АудиоМагазин 1998 4 читать онлайн следующая страница 110 АудиоМагазин 1998 4 читать онлайн Домой Выключить/включить текст