М У З Ы К А
О
ЕЩЕ
ПОЧТА
....Просим писать письма, самые смелые, острые, критические.
.."
(В. Зуев. ,.АМ” №6(11) 96)'. Ну как не откликнуться на такой при-
зыв? Тем более когда он исходит от людей, которые мне очень нра-
вятся? Что ж. давайте побранимся, потешимся.
..
Прежде всего поздравляю с прекрасным выпуском — №4 (15)97
прошел под знаком „Symphonie fantastique”, и давненько я не читы-
вал столько „звучашей" прозы. Пусть и не все столь блестяще, как
нетленная „Фермата” из № 3 ( 14) 97. — но каков масштаб! Несомнен-
но. новая хорошая запись заворожила всю редакцию, что и послужи-
ло поводом для „смелых и острых" обобщений. Рассказ в целом за-
хватывающий (хотя я бы и добавил для новичков немножко герме-
невтики. Iкак это было сделано в случае| „Шехерезады" или 6-й сим-
фонии Чайковского), но вот мораль.
.. Берлиоз с его „Эпизодом" 1830
года, конечно, очень хороший человек, пионер и так далее, но я бы
не стал на этой основе противопоставлять французскую и немецко-
австрийскую школы. Поставьте очень хорошую запись „Ein Sommer-
nachtstraum"-, сядьте и расслабьтесь. Послушайте увертюру — лег-
кие прыжки литавр, мистическое ворчание фагота, вдруг прорезаю-
щееся „подлинным" басом, взрыв струнного плено.
.. Как легко игра-
ет композитор слепящим светом и глубоким, пространственным мра-
ком, всеми планами, всем „весом" оркестра, то обрушивая его тяж-
кой радостной волной, то заставляя невесомо нестись над бездной; а
как перекликаются планы валторн с их долгой неподвижностью на
фоне счастливой суеты — все прелести пространственно-временно-
го континуума! Если вам понравилась эта музыка, можете почитать
упаковку: 1826 год.
..
В пользу ваших тезисов есть, конечно, хороший довод: вы ведь го-
ворите не об отдельных, исключительных примерах, а о тенденциях,
не так ли? Но и в этом случае трудно понять, к какой национальной
школе, по вашим правилам, относятся .
.Rheingold" и гиперроманти-
ки или, с другой стороны. Франк и Форе, которых я люблю как раз за
их собранность и „латентность". (Занятно, что Форе за свой рекви-
ем, один из лучших в мировой музыке, получил прозвище „француз-
ский Брамс".) А Д'Энди? Можно ли его по вашим |крнтерням| про-
тивопоставить Рихарду Штраусу или британцу Элгару?
Берлиоз, без сомнения, уникальное явление, иначе бы он не был
гением, но его революция, как и всякий феномен, подготовлена всем
ходом развития музыки. Тезис, конечно, тривиальный, но,для нас осо-
бенно интересно то. что „пьедесталом" французу послужили как раз
немцы. Фактически шубертовско-берлиозовскнй оркестр был создан
уже Вебером: невероятно, но некоторые его веши (например, увер-
тюра к „Рюбецалю", 1804-1805) интонационными ходами вызыва-
ют явные ассоциации с Фантастической симфонией, как „ранний
эскиз".
Что же касается Брамса, то он стоит вообще особняком: глубоко
верующий человек. Брамс просто предпочитал основательность и глу-
бину мысли яркости и броскости и отыскал, кстати, адекватную та-
кой установке инструментовку, что является, конечно, его личным
делом. Здесь-то. видимо, и стоит искать подлинный водораздел меж-
ду двумя национальными школами. Обладая, в принципе, теми же.
если не большими (Вагнер!), выразительными возможностями, той
же подвижностью и „цветностью", немецкая музыка, пожалуй, кос-
мичнее. величественней, а французская — более „внешняя" (Эпоха
„просвещения", что ли. сказывается?) Что не означает „худшая":
французские композиторы идеально возделали свою ниву, и „La mer"
и .
.Ma mère'“ написаны именно французами, но кто из них покусил-
ся на темы, заданные Брукнером и Малером? Кто создал что-либо
подобное немецким пассионам или „Парсифалю"? Это различие под-
мечено давно и не мною: Вагнер, в частности, проводил эту мысль
предельно остро, на грани абсурда, утверждая, что между обеими
школами примерно та же разница, что и между Бахом и Оффенба-
хом: Берлиоза, правда, глубоко уважал.
1
Статья „Аудиофилы, меломаны, филофонисты .
..“ , с. 32. —
Ред
„Сон а летнюю ночь" Мендельсона —
Род.
„1л mer" — ,.Море"(1905), три симфонических эскиза Дебюсси; „М л mère
l'oie" — „М атуш ка-гусыня" (1908), сюита для фортепьяно в четыре руки Раве-
ля —
Ред.
И уж. конечно, совсем сомнительна мысль о „спящем" тембре
(с. 88)'. Действительно, венский классический оркестр, достигнув
.
некоей идеальной сбалансированности, на долгое время застыл в сво-
ем составе, хотя и здесь наблюдались удивительные прорывы. — но
это л ишь обычный эпизод развития. Во-первых, такую же долгую ква-
зистагнацию позднее претерпел и сам романтический БСО'. а во-вто-
рых. что мы. собственно говоря, знаем о музыке прежних эпох? За-
пись-то была тогда только цифровая — частота + длительность + циф-
рованный бас, уровни же вообще задавались семью битами: от
ррр
до /7/ (виноват, не семью, а даже тремя: 23 = восемь градаций вместе
с паузой). Недавно мне посчастливилось послушать аутентичный гол-
ландско-космополитический оркестр „XVIII век” (лир. Франс Брюг-
ген). созданный как раз по образцу венского, но неизмеримо точнее,
ближе к оригиналу, и притом аккурат давали Брамса и Бетховена,
приводимых вами в качестве „негативных" примеров, и это изуми-
тельное звучание у меня „на слуху" и по сию пору. Море красок, пере-
ливы, игра, вечное движение! А подобного исполнения Violinconcerto
Бетховена я никогда не слышал, оно просто ни с чем не сравнимо,
хотя |концерт| и представлен в моей фонотеке неплохо: Менухин.
Крейслер. Шеринг и Грюмьо. Особенным сюрпризом оказалась ка-
денция — с литаврами!
Если же мы снизойдем в эпоху барокко, то здесь уж впору гово-
рить об утрате к XIX веку искусства сонорности, как я его называю,
а не наоборот. Каждый приличный музыкант понимает разницу меж-
ду звучашей нотой и музыкальным звуком — это примерно то же.
что для звукорежиссера разница между просто звуком и настоящим
„саундом"! Так вот, подлинное барокко — это и есть „саунд"! Ко-
нечно. если исполнять популярную барочную музыку, как принято,
„кусочком" современного БСО, может создаться впечатление бед-
ности и однообразия выразительных средств — инструментовки, фра-
зировки, тематизма, развития и т. д., хотя и на этой укатанной со
времен Рубинштейна и Римского-Корсакова дороге попадаются сюр-
призы: послушайте хотя бы „О wonderful machine" из перселловской
„Оды ев Цецилии" или первый аккорд ,.Weihnachts-Oratorium",i и
попытайтесь определить с ходу, как это сделано? В подлинном же
звучании барочного ансамбля куда меньше снотворного и больше са-
мых экзотических красок, лишь чуть скрытых патиной времени. Ар-
сенал же музыкальных инструментов не идет ни в какое сравнение с
романтическим. Что такое, к примеру, G.* или А"!,*? Отвечаю: все,
что угодно. В барочный basso continuo. помимо романтических вио-
лончели и контрабаса (violone). входили клавесин, орган, баритон,
теорба, китаррон.
....То вместе |.
..|, а то попеременно". Как известно
читателям „Аудио Магазина", композиторы сеттеченто имели в сво-
ем распоряжении три типа флейт (и притом во всех тесситурах от
двухметрового баса до сопранино и пикколо) и никогда их не путали
между собой (могу завести вам двойные-четверные концерты Теле-
мана и Вивальди). То же касается и струнных, и даже клавишных.
Конечно, еще не были изобретены челеста и концертный рояль „Яма-
ха". а молоточковое фортепьяно только-только начало расцвечивать
своим необычным звучанием инструментальные концерты и бассо
континуо, но вот, к примеру, орган (позитив, портатив, регаль) был
самым ходовым инструментом, да и клавесин был по-своему неплох:
двухмануальный, многорегистровый, с дюжиной разновидностей (по-
слушайте хотя бы любимовскую интерпретацию „Битвы" Бёрда („Ме-
лодия" ЗЗС10-11291-2, звукорежиссер П. Кондрашин) — на рояле
такое сыграть невозможно!). К XIX веку исчезли и многоклавирные
концерты, в которых хорошая традиция предписывала использова-
ние и разных инструментов: чембало и спинет, клавесин и орган или
клавесин и хаммерклавир. Переход к фортепьянному дуэту от таких
ансамблей кажется переходом от .
.Matrix 801“ к прослушиванию по
телефону.
..
Для сопоставления эстетики девятнадцатого и предшествующих
веков очень показательна инволюция органа. Основа барочного ин-
струмента — ясные и четко дифференцированные голоса, каждый
1А Коровина „Слы ш у, следовательно сущ ествую " („ А М " № I (15) 97). —
Ред.
Ч то такое Б СО ? А это большой симфонический оркестр!
' Рождественская оратория (1734) И .-С . Баха. —
Ред.
АУДИО МАГАЗИН 1/1998
предыдущая страница 90 АудиоМагазин 1998 1 читать онлайн следующая страница 92 АудиоМагазин 1998 1 читать онлайн Домой Выключить/включить текст